“Чернобыль”, или В ожидании сериала «Островецкая АЭС»?

psem

New Member
#1
2330298.jpg
Совсем скоро мы можем стать очевидцами очередного ядерного опокалипсиса, и возможно HBO придется снять еще один сериал о цене человеческой жизни, как пишет Юрий Родневич в своей статье: “Чернобыль”, или В ожидании сериала «Островецкая АЭС»?

Сериал „Чернобыль” производства НВО – сильная вещь, причем не столько о чернобыльской катастрофе, сколько о цене человеческой жизни в СССР, которая равнялась нулю. О параноидальной секретности, и, безусловно, про постоянный обман. Ложь, ложь и ложь – это базовая составляющая советского строя. Однако возникает вопрос: что изменилось со времен чернобыльской катастрофы?
Решение в пользу менее безопасного типа реактора РБМК (у него отсутствовал корпус) было принято „в связи с отсутствием в нашей бывшей стране (СССР) необходимых производственных мощностей для серийного изготовления в больших количествах высокопрочных корпусов больших размеров для реакторов типа ВВЭР”. Именно об это имел в виду Валерий Легасов на суде, утверждая: „так дешевле”. Да, дешевле, но в ущерб безопасности, поскольку строительство изначально небезопасных РБМК „позволяло обеспечить быстрое наращивание энергогенерирующих мощностей”.
Предложение, от которого невозможно отказаться
Беларуская АЭС готова к запуску, вот только надо решить проблему – как встроить атомную станцию в существующую энергосистему страны? Правда, об этом следовало подумать до строительства АЭС.
Участвовать в строительстве Белорусской АЭС были готовы Франция, США, Китай и Чехия, что существенно бы улучшило качество исполнения работ и установленного оборудования. Но данное предложение не устраивало „Росатом”, который активно, но пока не очень успешно, борется за возможность остаться на внешнем рынке. Именно поэтому его топ-менеджмент ездит по всему миру и практически бесплатно (по формуле: даем кредит – рассчитываемся при продаже электроэнергии) либо за минимальный процент кредита, делают предложение, „от которого невозможно отказаться”. Но, несмотря на заявления в 2014 – 2015 годах официальных лиц компании о предварительных договоренностях по строительству более сотни реакторов по всему миру, реальные контракты подписаны только с Китаем, Индией, Ираном, Турцией, Беларусью, и, возможно, Венгрией и Финляндией. Именно исходя из всего этого, предложения других стран по Беларуской АЭС „Росатом” отверг в категорической форме.
Постоянная спешка при строительстве Чернобыльской АЭС к разным „красным” датам приводила к неритмичному строительству атомной станции, что безусловно отражалось на качестве работ. Причем все началось прямо с первого блока, который был введен в эксплуатацию существенно позже намеченного срока. Технологическая отсталость СССР так же сильно повлияла на работу станции. Так, первая серьезная авария на ЧАЕС произошла 9 сентября 1982 года, на первом энергоблоке. После планового ремонта произошло разрушение тепловыделяющей сборки (ядерное топливо), что привело к разрыву технологического канала №62-44, деформированию графитовой кладки активной зоны и выбросу в реакторное пространство значительного количества радиоактивных веществ. Аварию ликвидировали три месяца, а канал №62-44 и примыкающий к нему участок активной зоны был навсегда выведен из строя.
„Падающий” реактор – это спешка или технологическая отсталость?
При строительстве Беларуской АЭС наблюдается похожая ситуация – постоянный перенос сроков строительства (озвучивались 2018, 2019, 2020 и опять 2019 г.). Такие действия в том числе вызваны реакцией на позицию международного сообщества, что уже реализовалось в судебных решениях. В частности, строительство станции нарушает нормы Конвенции Эспо (Конвенция об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте). Основная угроза – река Вилия, которая будет главным источником обеспечения электростанции водой, проходит через столицу соседней Литвы – Вильнюс. Реакция на данное решение – беларуский МИД заявил о „глубоком разочаровании”, а подрядчики ускорили строительные работы, что никогда не повышало их качество.
„Падающий” реактор – это спешка или технологическая отсталость? Описывать ситуацию бессмысленно, однако абсолютно недопустимо, чтобы расследовал, нашел причины, провел экспертизу безопасности и установил полное отсутствие всяческих проблем тот, кто станцию строит и реактор „уронил”. Все вопросы были бы сняты в случае обнародования видео процесса „безопасного касания земли висящего на стропах реактора”. При чем такое видео есть – представитель „Росатома” упомянул о постоянной видеосъёмке процесса погрузки и падения корпуса реактора.
Имеют место опасения качества бетона при строительстве, в т.ч. вызванные сообщениями о случае обрушения конструкций на станции. Сам реактор компании „Атоммаш” произведен в г. Волгодонске, а предприятие не имеет значимых традиций в производстве подобного оборудования. Это все накладывается на общий уровень культуры производства в России, только из последних примеров самые яркие: „Транснефть” „загадившая” нефтепровод „Дружба” и физически сломавшая наши нефтеперерабатывающие заводы или Sukhoi Superjet от которого отказались все перевозчики, кроме российских и то по команде из Кремля. Попытки представить „Росатом” с „особой” культурой производства и серьезным контролем качества наводят на мысли о недавних аналогичных разговорах о „Роскосмосе”.
Все это минимум настораживает, а как максимум – нагоняет страх.
Авось остается „национальной идеей”, что делает описание событий 26 апреля 1986 года – бессмысленным, поскольку весь „эксперимент” на украинской ЧАЭС укладывается именно в эту формулу.
Главное – дешевле, а люди ноль
Не будем снова описывать проблемы со строительством и реактором, а вот что делать со значительным переизбытком электроэнергии в нашей стране после окончания строительства Беларуской АЭС? Когда в 2009-2010 годах планировали строительство станции, основной расчёт был на её экспорт в больших объёмах. Он и сейчас есть, в основном в Литву, которая настаивает на „бойкоте” покупки электроэнергии из Островца. Да, это действительно выглядит несерьезно, но в 2025 году страны Балтии планируют отключиться от энергетического кольца с Россией и Беларусью, что приведет к существенным проблемам для возможного экспорта электроэнергии и, как следствие, повышению рисков для стабильности работы станции. Наиболее безопасный вариант её работы – топливо загрузил, вывел на мощность, близкую к максимальной, и ничего не трогаешь. При „движении топливных сборок туда-сюда” для регулировки мощности, высока вероятность возникновения нештатных ситуаций. Про „маневрирование” мощностью тепловыми станциями это несерьезно, в таком случае они 75-90% времени будут простаивать, что делает АЭС в принципе не нужной. Причем, если как планируется, РФ построит электростанцию в Калининградской области и атомную станцию (пока думают где, но недалеко от Беларуси) профицит электроэнергии в регионе станет значительным, но критической для нашей страны, ситуация станет в случае реализации планов Польши по строительству АЭС.
Цена жизни была ярко продемонстрирована сразу после аварии: отсутствие оповещения, эвакуации и… люди, герои-ликвидаторы (без всякого преувеличения), которые ценой собственной жизни предотвратили худший сценарий. Действия руководства СССР описаны абсолютно точно: ликвидаторов никто не считал и, в последствии, по большому счету не лечил, ставили согласованные с КГБ диагнозы, дали только копеечные льготы. До сих пор пишут: погибло до 50 человек и до 4000 от последствий в перспективе, что выглядит издевательством и оскорблением памяти ликвидаторов аварии. Кстати, кто-нибудь задумывался, как бы развивалась ситуация, если бы на деньги и с помощью технологий Запада не было построено „Укрытие-2”?
25 июля 2016 года гражданский активист Николай Уласевич со ссылкой на анонимных очевидцев сообщил об инциденте, случившемся 10 июля на площадке Беларуской АЭС. По его информации, 11 июля планировалось провести установку корпуса реактора первого энергоблока в присутствии журналистов, включая телевидение, и во время репетиции (10 июля) корпус реактора упал с высоты от 2 до 4 метров, после чего место происшествия было оцеплено, а приезд журналистов отменён.
По крайней мере сегодня в Беларуси не изменилось ничего. А если бы гражданский активист не сообщил о проблеме? Думаю, у „Росатома” получилось бы скрыть сам факт чрезвычайного происшествия, ведь опыт умалчивания, засекречивания, сокрытия опасности – колоссальный. Главное – дешевле, а люди – цена их жизни – стоят ноль. По данным тех же активистов на российских атомных станциях в месяц случается от 7 до 15 аварий, из них, как минимум, 2-3 довольно серьезные. О них так же никто ничего не говорит, в этой системе координат сделать что-либо достоянием общественности, если реактор не взорвался, крайне сложно.
В апреле Лукашенко заявил, что благодаря “жесточайшему контролю” на строительстве БелАЭС удалось сэкономить около 3 миллиардов долларов:
«Я Владимиру Владимировичу говорю, вот смотри: мы на $10 млрд договаривались, а реальная цена будет-то, наверное, меньше $7 млрд. Вот, говорит, ты подарок мне преподнес, только никому не говори об этом, мы же контракты заключаем в других странах».
Что остается? Только надеяться, что в будущем НВО не придется снимать сериал о Беларуской АЭС, простите за цинизм. Вместе с тем нашему гражданскому обществу необходимо позаботится о снижении рисков от её эксплуатации, что возможно сделать только за счет постоянного давления на правительство Беларуси и „Росатом” в вопросе „прозрачности” строительных работ и последующей эксплуатации. Это не „военная тайна”, сколько бы нас не убеждали в противном, это вопрос выживания беларусов как нации.
https://belprauda.org/chernobyl-ili-v-ozhidanii-seriala-ostrovetskaya-aes/
 

Пользователи онлайн

Сейчас на форуме нет ни одного пользователя.

Статистика форума

Темы
1 449
Сообщения
15 220
Пользователи
4 085
Новый пользователь
MERC

Счетчики

Яндекс.Метрика
Вверх